— Спасибо, Гейб. Увидимся.

— Пока, Лайон.

Обойдя девушку, он направился к двери. Энди поверить не могла, что ее так бесцеремонно отшили.

— Мистер Рэтлиф, — бросилась она за ним.

Лайон остановился и медленно обернулся.

Энди показалось, что в нее метнулись сотни маленьких шпаг.

— Я не люблю женщин, которых в народе называют «бой-баба», миссис Мэлоун. А вы производите на меня именно такое впечатление. Я никому не позволю брать интервью у моего отца, особенно вам. Почему бы вам не упаковать свои новые шмотки и не убраться восвояси в Нашвилл?

В маленькой, душной комнате гостиницы Энди швырнула сумочку на кровать и рухнула в кресло. Обхватив ладонями лоб, она начала массировать виски большими пальцами. Энди не знала, что было причиной дикой головной боли — жара ли, засушливый климат или Лайон Рэтлиф. Он. Несомненно, это из-за него.

Отдохнув несколько минут, Энди встала, стащила ботинки и пинком отправила их в угол.

— Спасибо за то, что ничего не вышло.

Пройдя в ванную, она проглотила две таблетки аспирина, запила их теплой водой из крана с надписью «холодная».

— Почему ты не врезала по его самодовольной физиономии? — спросила она свое отражение в зеркале. — Почему ты стояла, как большое чучело, и молча сносила оскорбления? — Она сняла заколку с волос и тряхнула головой. Боль стала еще сильнее. — Потому что ты хочешь получить это интервью. Вот почему.

Энди с ужасом подумала о том, что нужно звонить Лесу. Что она ему скажет? Он не любил разочарований, мягко говоря. Набирая междугородный номер, она прокручивала в голове все варианты разговора. Оператор на коммутаторе соединила ее с кабинетом Леса, и она услышала его ворчливый голос: